Последние комментарии

  • Наташа Ширинская7 декабря, 21:47
    БОГ должен отсеивать слышите...??? БОГ...!!! А не эта... Тварь что б она... Провалилась куда...! Умом тварь на подобн...Хабаровские живодёрки жалуются на тяжкие условия содержания в СИЗО
  • Наташа Ширинская7 декабря, 21:45
    Да какие они КОШАРЫ...??? Нашли КОШАР блин... Хабаровские живодёрки жалуются на тяжкие условия содержания в СИЗО
  • Владимир Гофельд7 декабря, 19:20
    Спасибо, значит, не только я так думаю! И хоть бы кто-нибудь дал себе труд обосновать свою поистине адскую ненависть ...Либералы уже не знают на какую тему "лютовать"..

Противоядие для Пласидо Доминго

Никогда - слышите? - никогда не смотрите спектакли рядом с врачами! В Венской опере в самом начале этого сезона давали «Симона Бокканегра» Верди. Публика как-то еще при жизни композитора оперу эту невзлюбила - за запутанный сюжет и отсутствие ударной арии, мелодию которой можно было бы потом напевать.

Верди уже и лучшего либретиста и модного композитора тех времен Арриго Бойто нанимал сюжет подправить, и сам за дело брался, кромсая по живому. Но опера так и осталась  у зрителей в падчерицах. И театры стали подманивать на нее публику на живца -  то есть на звездное имя.

Считается, что это опера для прославленного баритона-гастролера. И такой гастролер у Венской оперы появился. В роли баритона выступил несравненный тенор Пласидо Доминго. Несколько лет назад после болезни он вдруг решился на смелый шаг – и вышел на лондонскую сцену в Ковент-Гарден в образе этого Симона, который повествует о злосчастьях своей судьбы самым что ни на есть баритоном. Ну, тут уж было раздолье для критиков, которые чуть волосы друг другу не повыдергивали, споря, ну и кто теперь Доминго после этого: драматический тенор или лирический баритон.

А Доминго знай себе пел и пел. Не заморачиваясь. В Вену приехал спектакль в постановке Петера Штайна – и я вначале даже пожалела, что режиссер пожертвовал красочностью декораций в угоду модному ныне оперному минимализму. Сценограф всего-то и расщедрился на несколько приблизительно намалеванных фасадов домов, а в основном решил сцену конструктивненько: белый экран на заднике, на котором НИЧЕГО! не показывают, в одной из сцен огромные двери, напоминающие... поставленный на подставку айпад, ну и так по мелочи: немножко свечей, немножко факелов, один красивый гроб...

Но если в декорациях Штайн может быть условным, то уж в красочности и тончайшей нюансировке чувств ему равных нет. И поэтому почти пустая сцена уже через несколько минут так забурлила и заклокотала бурей эмоций, так заполнилась страданиями, любовью, ненавистью, отчаяньем и надеждой, что на ней даже стало тесно. Я вам скажу, это отдельное удовольствие: когда к мощному потоку божественных голосов добавляется актерское мастерство.

А здесь сегодня блистали – знаменитый молодой тенор, покоривший лучшие оперы мира Рамон Варгас, он же Габриэль Адорно, молодой эстонский бас Аин Ангер (Фиеско): его сильнейший глубокий голос накрывал зал, как цунами, прекрасная Барбара Хавеман с красивым и полным страсти сопрано, известный баритон Эйджиро Кай... Ну и Пласидо Доминго. Когда он поет – ты перестаешь что-то анализировать. Ты просто плывешь вместе с его голосом в такие выси и дали, куда обычно хода смертным нет....

Ну и вот. Не знаю, что там не нравилось зрителям времен Верди. Сейчас в Вене аплодировать и кричать «Браво» артистам стали еще в первом действии. А во втором героя Доминго его бывший друг, а ныне – тайный враг – напоил ядом. И все действие Симон медленно умирал. Причем Пласидо, как великий актер, очень подробно и вдумчиво это постепенное угасание передавал.

А с нами в ложе оказалась русская пара. И до поры до времени вела себя совершенно культурно. Мужик даже пару раз крикнул: «Браво!» – как-то было видно, что в этой семье он главный меломан. И тут, когда великолепный Доминго стал медленно умирать, продолжая по ходу беседовать с дочерью, отдавать руководящие указания, проводить заседания – яд-то не сразу подействовал – наша соседка вдруг как-то заволновалась.

– Слушай, – наконец зашептала она мужу зловещим шепотом, – его же еще запросто можно спасти! Пусть эта дочь даст ему срочно рвотного!

– Тише! – цыкнул на нее муж.

Дама несколько минут стоически молчала. Но Доминго так актерски точно передавал картину постепенного отравления, что соседка снова не выдержала:

– Интоксикация-то развивается! – мрачно резюмировала она. – А эти идиоты ходят, с ним прощаются! Прочистить желудок и побольше пить! Вот и все, что нужно было сделать!

– Да угомонись ты! Это опера, а не прием у тебя в поликлинике! – не выдержал муж.

Дама замолчала. И только когда умирающий красавец Доминго расплавленным от страдания голосом  запел свою финальную арию, не выдержала и быстро выпалила:

– Ну два пальца в рот-то он мог вставить! И был бы жив!

Что вам сказать. Артистов вызывали 18 раз. Аплодировали после спектакля не менее получаса. Публика была в неистовстве. А я как представлю себе Доминго, который вместо финальной арии на глазах у публики вставляет два пальца в рот....Никогда – слышите? – никогда не смотрите драматические спектакли рядом с врачами....

Что еще можно послушать в Венской опере в сезоне 2012–2013:

Меломанов ждет пять оперных премьер:

В ноябре – «Альцеста» Глюка: за нее взялись дирижер Айвор Болтон и достаточно радикальный режиссер Кристоф Лой.

В декабре – «Ариадна на Наксосе» Рихарда Штрауса: с известной примой из Болгарии Красимирой Стояновой.

В январе – феврале – «Золушка» Россини: главную мужскую партию споет Дмитрий Корчак.

В апреле – детская опера «Мальчик с пальчик» немецкого композитора Хайнц-Вернера Хенце.

И в апреле же зрители увидят непремьерного, но всегда нового «Евгения Онегина», где основные партии споют Анна Нетребко и Дмитрий Хворостовский (12, 15, 18, 22 апреля).

В мае – «Тристан и Изольда» Вагнера в постановке английского режиссера Дэвида МакВикара. Главные партии: Петер Зайферт и Нина Штемме.

Наталья Барабаш

Источник